Биатлон. Дисквалифицированные спортсмены не должны давать интервью

Это вообще нормально?

Дисквалифицированная повторно за употребление эритропоэтина на восемь лет и ныне отбывающая дисквалификацию биатлонистка Екатерина Юрьева снова становится медийной персоной. За последнюю неделю сразу несколько СМИ взяли у неё интервью в качестве эксперта в виде спорта, где она большую часть карьеры обманывала соперниц и болельщиков и до сих является нелегитимной персоной. Как такое может быть? Это вообще нормально и законно? Всё ли в порядке с нашими моральными барьерами? В этом пытается разобраться наша прямолинейная рубрика «Анжелы и Димоны».Напомним, что в 2013 году Юрьева была дисквалифицирована на восемь лет. Это означает её полное отстранение от биатлонной семьи, которое включает не только запрет тренироваться со сборной и выступать, но и работать в биатлоне в любом качестве, будь то тренер, обслуживающий персонал или кто-либо ещё. Когда Екатерина решила посетить летний чемпионат мира по биатлону в Чайковском, у неё не было права на аккредитацию, поэтому на стадионе она присутствовала как обычный зритель.

Дело здесь, конечно, не в самом факте интервью. Журналист имеет право брать интервью у кого угодно, вопрос лишь в том, как оно преподносится. В случае с Юрьевой материал смотрелся бы совсем по-другому, если бы она правдиво рассказала о своих допинговых историях, публично раскаялась и рассказала подрастающему поколению и молодым спортсменам, что нужно делать, чтобы не оказаться на её месте и не пойти по скользкой допинговой дорожке. Ровно это в своё время делал её коллега Дмитрий Ярошенко, оказавшись в такой ситуации. Он написал брошюру совместно с РУСАДА и провёл серию семинаров для детей. Пускай бы Юрьева рассказала о своей послеспортивной карьере, о линии модной одежды и европейских фитнес-турах, но большая часть интервью посвящена другому.

Дисквалифицированная за повторное употребление ЭПО спортсменка анализирует выступление российской команды, даёт советы своим коллегам, ставит оценки работе тренеров и рассуждает о том, каким образом должен развиваться российский биатлон. Если это человек, к чьему мнению мы должны прислушиваться, то можно всё закончить прямо сейчас. Вытерев со лба холодный пот, я представил себе, как Вольфганг Пернер в австрийской прессе рассуждает о нужности приглашения в команду Рикко Гросса, как Кайса Варис на канале YLE рассуждает, стоит ли её тезке Мякяряйнен оставаться в спорте, а Готлиб Ташлер на пару с сыном оценивают будущих кандидатов на кресло президента IBU. Но может быть, я такой идеалист, а у них там это в порядке вещей? С этим вопросом я и обратился к своему другу, корреспонденту норвежского канала NRK Хансу Хенрику Лёкену.

«Для меня главный аргумент, чтобы не брать интервью у дисквалифицированного спортсмена, — это то, что он сейчас несёт наказание за то, что многих обманул, — не оставил места для двух мнений норвежец. — Когда вы приглашаете такого человека в качестве эксперта, то признаёте, что он заслуживает внимания и уважения, хотя своей известности он добился благодаря допингу, а потому не может быть авторитетом в спортивных вопросах. Допингисты крадут места и призовые у чистых спортсменов. Не признавайте их успех, беря интервью. Они занимались обманом и не заслуживают этого, тем более если речь идёт о многократном обмане».

При этом я бы не стал мешать сюда случаи, когда спортсмен отбыл наказание и вернулся в спорт. На Олимпийских играх выступают десятки спортсменов с допинговой историей, и они имеют те же права, как и все остальные, в том числе и право на интервью. Они отбыли своё наказание и получили шанс вернуться и хотя бы частично восстановить репутацию. Но когда спортивное сообществе делает человека объектом отчуждения за грубые и неоднократные нарушения, странно не проявлять с ним солидарность и возводить, пусть и негласно, такую персону в статус эксперта.Впрочем, у нас же всегда был свой путь. Дисквалифицированные спортсмены занимают государственные должности, тайком выступают на внутренних соревнованиях и тренируются централизованно, а мы говорим о таких мелочах, как интервью. Но ведь из мелочей и складывается общая картина, закрепившаяся у западного обывателя, — в России употребление допинга поощряется, ведь запятнавшие свою честь герои ничего не теряют. Они сохраняют нечестно заработанные призовые, не возвращают медали, сохраняют звёздный статус и легко находят себя в новой жизни. «Я человек «self made» и очень этим горжусь, потому что прошла весь путь сама», — написала как-то в соцсети Екатерина. Пока у них всё хорошо, допинг мы не победим.

Источник: championat.com

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

14 − девять =